просто стихи

[Паха Анархист 641]

можно, я тебя просто пошлю

далеко, далёко

чтобы ты не лезла в душу мою

говоря что тебе одиноко

 

для тебя это была игра

мне кажется это просто жестоко

победа твоя

я сам уйду далеко, далёко

 

в тот мир где я буду один

изучать его древние формы

где дух непобедим

а любовь не игра для проформы

[Паха Анархист 641]

Одни называют ее чудачкой

И пальцем на лоб - за спиной, тайком.

Другие - принцессою и гордячкой,

А третьи просто синим чулком.

 

Птицы и те попарно летают,

Душа стремится к душе живой.

Ребята подруг из кино провожают,

А эта одна убегает домой.

 

Зимы и весны цепочкой пестрой

Мчатся, бегут за звеном звено...

Подруги, порой невзрачные просто,

Смотришь - замуж вышли давно.

 

Вокруг твердят ей: - Пора решаться.

Мужчины не будут ведь ждать, учти!

Недолго и в девах вот так остаться!

Дело-то катится к тридцати...

 

Неужто не нравился даже никто? -

Посмотрит мечтательными глазами:

- Нравиться нравились. Ну и что? -

И удивленно пожмет плечами.

 

Какой же любви она ждет, какой?

Ей хочется крикнуть: "Любви-звездопада!

Красивой-красивой! Большой-большой!

А если я в жизни не встречу такой,

Тогда мне совсем никакой не надо!"

[Паха Анархист 641]

Метель ревет, как седой исполин,

Вторые сутки не утихая,

Ревет, как пятьсот самолетных турбин,

И нет ей, проклятой, конца и края!

 

Пляшет огромным белым костром,

Глушит моторы и гасит фары.

В замяти снежной аэродром,

Служебные здания и ангары.

 

В прокуренной комнате тусклый свет,

Вторые сутки не спит радист.

Он ловит, он слушает треск и свист,

Все ждут напряженно: жив или нет?

 

Радист кивает: - Пока еще да,

Но боль ему не дает распрямиться.

А он еще шутит: "Мол, вот беда

Левая плоскость моя никуда!

Скорее всего перелом ключицы..."

 

Где-то буран, ни огня, ни звезды

Над местом аварии самолета.

Лишь снег заметает обломков следы

Да замерзающего пилота.

 

Ищут тракторы день и ночь,

Да только впустую. До слез обидно.

Разве найти тут, разве помочь -

Руки в полуметре от фар не видно?

 

А он понимает, а он и не ждет,

Лежа в ложбинке, что станет гробом.

Трактор если даже придет,

То все равно в двух шагах пройдет

И не заметит его под сугробом.

 

Сейчас любая зазря операция.

И все-таки жизнь покуда слышна.

Слышна ведь его портативная рация

Чудом каким-то, но спасена.

 

Встать бы, но боль обжигает бок,

Теплой крови полон сапог,

Она, остывая, смерзается в лед,

Снег набивается в нос и рот.

 

Что перебито? Понять нельзя.

Но только не двинуться, не шагнуть!

Вот и окончен, видать, твой путь!

А где-то сынишка, жена, друзья...

 

Где-то комната, свет, тепло...

Не надо об этом! В глазах темнеет...

Снегом, наверно, на метр замело.

Тело сонливо деревенеет...

 

А в шлемофоне звучат слова:

- Алло! Ты слышишь? Держись, дружище -

Тупо кружится голова...

- Алло! Мужайся! Тебя разыщут!..

 

Мужайся? Да что он, пацан или трус?!

В каких ведь бывал переделках грозных.

- Спасибо... Вас понял... Пока держусь! -

А про себя добавляет: "Боюсь,

Что будет все, кажется, слишком поздно..."

 

Совсем чугунная голова.

Кончаются в рации батареи.

Их хватит еще на час или два.

Как бревна руки... спина немеет...

 

- Алло!- это, кажется, генерал.-

Держитесь, родной, вас найдут, откопают...-

Странно: слова звенят, как кристалл,

Бьются, стучат, как в броню металл,

А в мозг остывший почти не влетают...

 

Чтоб стать вдруг счастливейшим на земле,

Как мало, наверное, необходимо:

Замерзнув вконец, оказаться в тепле,

Где доброе слово да чай на столе,

Спирта глоток да затяжка дыма...

 

Опять в шлемофоне шуршит тишина.

Потом сквозь метельное завыванье:

- Алло! Здесь в рубке твоя жена!

Сейчас ты услышишь ее. Вниманье!

 

С минуту гуденье тугой волны,

Какие-то шорохи, трески, писки,

И вдруг далекий голос жены,

До боли знакомый, до жути близкий!

 

- Не знаю, что делать и что сказать.

Милый, ты сам ведь отлично знаешь,

Что, если даже совсем замерзаешь,

Надо выдержать, устоять!

 

Хорошая, светлая, дорогая!

Ну как объяснить ей в конце концов,

Что он не нарочно же здесь погибает,

Что боль даже слабо вздохнуть мешает

И правде надо смотреть в лицо.

 

- Послушай! Синоптики дали ответ:

Буран окончится через сутки.

Продержишься? Да?

- К сожалению, нет...

- Как нет? Да ты не в своем рассудке!

 

Увы, все глуше звучат слова.

Развязка, вот она - как ни тяжко.

Живет еще только одна голова,

А тело - остывшая деревяшка.

 

А голос кричит: - Ты слышишь, ты слышишь?!

Держись! Часов через пять рассвет.

Ведь ты же живешь еще! Ты же дышишь?!

Ну есть ли хоть шанс?

- К сожалению, нет...

 

Ни звука. Молчанье. Наверно, плачет.

Как трудно последний привет послать!

И вдруг: - Раз так, я должна сказать! -

Голос резкий, нельзя узнать.

Странно. Что это может значить?

 

- Поверь, мне горько тебе говорить.

Еще вчера я б от страха скрыла.

Но раз ты сказал, что тебе не дожить,

То лучше, чтоб после себя не корить,

Сказать тебе коротко все, что было.

 

Знай же, что я дрянная жена

И стою любого худого слова.

Я вот уже год тебе не верна

И вот уже год, как люблю другого!

 

О, как я страдала, встречая пламя

Твоих горячих восточных глаз. -

Он молча слушал ее рассказ,

Слушал, может, последний раз,

Сухую былинку зажав зубами.

 

- Вот так целый год я лгала, скрывала,

Но это от страха, а не со зла.

- Скажи мне имя!..-

Она помолчала,

Потом, как ударив, имя сказала,

Лучшего друга его назвала!

 

Затем добавила торопливо:

- Мы улетаем на днях на юг.

Здесь трудно нам было бы жить счастливо.

Быть может, все это не так красиво,

Но он не совсем уж бесчестный друг.

 

Он просто не смел бы, не мог, как и я,

Выдержать, встретясь с твоими глазами.

За сына не бойся. Он едет с нами.

Теперь все заново: жизнь и семья.

 

Прости. Не ко времени эти слова.

Но больше не будет иного времени. -

Он слушает молча. Горит голова...

И словно бы молот стучит по темени...

 

- Как жаль, что тебе ничем не поможешь!

Судьба перепутала все пути.

Прощай! Не сердись и прости, если можешь!

За подлость и радость мою прости!

 

Полгода прошло или полчаса?

Наверно, кончились батареи.

Все дальше, все тише шумы... голоса...

Лишь сердце стучит все сильней и сильнее!

 

Оно грохочет и бьет в виски!

Оно полыхает огнем и ядом.

Оно разрывается на куски!

Что больше в нем: ярости или тоски?

Взвешивать поздно, да и не надо!

 

Обида волной заливает кровь.

Перед глазами сплошной туман.

Где дружба на свете и где любовь?

Их нету! И ветер как эхо вновь:

Их нету! Все подлость и все обман!

 

Ему в снегу суждено подыхать,

Как псу, коченея под стоны вьюги,

Чтоб два предателя там, на юге,

Со смехом бутылку открыв на досуге,

Могли поминки по нем справлять?!

 

Они совсем затиранят мальца

И будут усердствовать до конца,

Чтоб вбить ему в голову имя другого

И вырвать из памяти имя отца!

 

И все-таки светлая вера дана

Душонке трехлетнего пацана.

Сын слушает гул самолетов и ждет.

А он замерзает, а он не придет!

 

Сердце грохочет, стучит в виски,

Взведенное, словно курок нагана.

От нежности, ярости и тоски

Оно разрывается на куски.

А все-таки рано сдаваться, рано!

 

Эх, силы! Откуда вас взять, откуда?

Но тут ведь на карту не жизнь, а честь!

Чудо? Вы скажете, нужно чудо?

Так пусть же! Считайте, что чудо есть!

 

Надо любою ценой подняться

И всем существом, устремясь вперед,

Грудью от мерзлой земли оторваться,

Как самолет, что не хочет сдаваться,

А сбитый, снова идет на взлет!

 

Боль подступает такая, что кажется,

Замертво рухнешь назад, ничком!

И все-таки он, хрипя, поднимается.

Чудо, как видите, совершается!

Впрочем, о чуде потом, потом...

 

Швыряет буран ледяную соль,

Но тело горит, будто жарким летом,

Сердце колотится в горле где-то,

Багровая ярость да черная боль!

 

Вдали сквозь дикую карусель

Глаза мальчишки, что верно ждут,

Они большие, во всю метель,

Они, как компас, его ведут!

 

- Не выйдет! Неправда, не пропаду! -

Он жив. Он двигается, ползет!

Встает, качается на ходу,

Падает снова и вновь встает...

 

II

 

К полудню буран захирел и сдал.

Упал и рассыпался вдруг на части.

Упал, будто срезанный наповал,

Выпустив солнце из белой пасти.

 

Он сдал, в предчувствии скорой весны,

Оставив после ночной операции

На чахлых кустах клочки седины,

Как белые флаги капитуляции.

 

Идет на бреющем вертолет,

Ломая безмолвие тишины.

Шестой разворот, седьмой разворот,

Он ищет... ищет... и вот, и вот -

Темная точка средь белизны!

 

Скорее! От рева земля тряслась.

Скорее! Ну что там: зверь? Человек?

Точка качнулась, приподнялась

И рухнула снова в глубокий снег...

 

Все ближе, все ниже... Довольно! Стоп!

Ровно и плавно гудят машины.

И первой без лесенки прямо в сугроб

Метнулась женщина из кабины!

 

Припала к мужу: - Ты жив, ты жив!

Я знала... Все будет так, не иначе!..-

И, шею бережно обхватив,

Что-то шептала, смеясь и плача.

 

Дрожа, целовала, как в полусне,

Замерзшие руки, лицо и губы.

А он еле слышно, с трудом, сквозь зубы:

- Не смей... ты сама же сказала мне..

 

- Молчи! Не надо! Все бред, все бред!

Какой же меркой меня ты мерил?

Как мог ты верить?! А впрочем, нет,

Какое счастье, что ты поверил!

 

Я знала, я знала характер твой!

Все рушилось, гибло... хоть вой, хоть реви!

И нужен был шанс, последний, любой!

А ненависть может гореть порой

Даже сильней любви!

 

И вот, говорю, а сама трясусь,

Играю какого-то подлеца.

И все боюсь, что сейчас сорвусь,

Что-нибудь выкрикну, разревусь,

Не выдержав до конца!

 

Прости же за горечь, любимый мой!

Всю жизнь за один, за один твой взгляд,

Да я, как дура, пойду за тобой,

Хоть к черту! Хоть в пекло! Хоть в самый ад!

 

И были такими глаза ее,

Глаза, что любили и тосковали,

Таким они светом сейчас сияли,

Что он посмотрел в них и понял все!

 

И, полузамерзший, полуживой,

Он стал вдруг счастливейшим на планете.

Ненависть, как ни сильна порой,

Не самая сильная вещь на свете!

[Olivi 3]

Спасли друг друга

 

Он плёлся в никуда и в дождь не под зонтом,

Не видя грязь, не замечая лужи,

Волной не смыло в шторм, но всё же за бортОм,

Совсем один и никому не нужен.

 

А следом увязался ничей голодный пёс -

Почувствовал отсутствие угрозы,

Прихрамывал - итог наехавших колёс -

И чудом выжил в лютые морозы.

 

Он знал, что человек идёт в какой-то дом,

И даст еды - подсказывало что-то,

Упрямо ковылял за ним с большим трудом,

Надеялся на чудо, на заботу.

 

Вдвоём вошли в подъезд и точно так же в лифт,

Остановились у какой-то двери

С табличкой, а на ней псу не понятный шрифт,

Другие точно здесь не жили звери.

 

Распахивая дверь, Друг улыбнулся псу:

"Ну, заходи, быстрей ко мне, смелее,

Скажи, что будешь есть - сосиску, колбасу?

Помоешься - мы всё преодолеем."

 

В знак благодарности пёс повилял хвостом,

Но после колбасы не съел сосиску,

Он знал, что для него сосиска на потом.

Довольный очень пёс обрёл прописку.

 

Больная лапа перевязана бинтом,

Друг рисовал картину на мольберте.

Собаке не узнать когда-нибудь потом -

Спасли друг друга в этот день от смерти.

[Паха Анархист 641]

Моя звезда всегда со мной,

Моя звезда горит внутри

И говорит мне: "Подожди,

Постой чуть-чуть, ещё немного,

Нам предстоит не близкая дорога".

 

Моя звезда звучит в ночи,

Её огонь во мне сияет,

Но свет её не озаряет.

Лучи звезды меня не греют,

Она ведет меня на крайний север.

 

И никогда не скажет: "Да",

Не понадеется на чудо,

Не подарит капли света,

Никому не даст тепла.

И я люблю её всегда,

Я люблю её за это,

Но моя звезда мне безответна.

 

Звезда блестит в моей груди,

Она рискует круг за кругом.

Мы летим вдвоём, поём о том, о сём,

О том, как проплываем крайний север.

 

 

И все тюлени, все киты, звезду завидев,

Горько плачут, она не светит никому,

Она не греет никого.

Она приводит всех к заветной цели и говорит:

"Прости, прощай, я покидаю этот край".

И повторяет каждый раз

Один и тот же свой рассказ,

Как улетает от меня и покидает навсегда,

Вот так моя звезда меня хоронит.

[Паха Анархист 641]

Когда мне говорят о красоте

Восторженно, а иногда влюбленно,

Я почему-то, слушая, невольно

Сейчас же вспоминаю о тебе.

 

Когда порой мне, имя называя,

О женственности чьей-то говорят,

Я снова почему-то вспоминаю

Твой мягкий жест, и голос твой, и взгляд.

 

Твои везде мне видятся черты,

Твои повсюду слышатся слова,

Где б ни был я - со мною только ты,

И, тем гордясь, ты чуточку права.

 

И все же, сердцем похвалы любя,

Старайся жить, заносчивой не став:

Ведь слыша где-то про сварливый нрав,

Я тоже вспоминаю про тебя...

[Паха Анархист 641]

Негодяй и ангел сошлись как-то раз

За одним и тем же столом.

Негодяю пришло четыре туза,

А ангел остался с вальтом.

И он отстегнул свои крылья от плеч

И бросил на зелень сукна;

И небо с улыбкой смотрело на них

Сквозь муть и плесень стекла.

 

Негодяй засунул крылья в карман

И понес их сдавать в ломбард.

И на эти деньги купил себе

Колоду крапленых карт.

Возвратился назад и ему предложил

Снова поставить на кон,

А небо украдкой смотрело на них

Из-за высоких окон.

 

Все кончилось так, как должно было быть -

У сказок счастливый конец.

Дракон умирает, убитый копьем,

Царевна идет под венец.

Негодяй торгует на рынке пером

И пухом из ангельских крыл.

А ангел летит высоко-высоко

Такой же крылатый, как был.

 

Какая у этой басни мораль?

А морали нет никакой.

Один родился рогатым, но

Пернатым родился другой.

И каким ты был, таким и умрешь,

Видать ты нужен такой

Небу, которое смотрит на нас

С радостью и тоской.

[Паха Анархист 641]

Дай Бог слепцам глаза вернуть

И спины выпрямить горбатым.

Дай Бог быть Богом хоть чуть-чуть,

Но быть нельзя чуть-чуть распятым.

 

Дай Бог не вляпаться во власть

И не геройствовать подложно,

И быть богатым — но не красть,

Конечно, если так возможно.

 

Дай Бог быть тертым калачом,

Не сожранным ничьею шайкой,

Ни жертвой быть, ни палачом,

Ни барином, ни попрошайкой.

 

Дай Бог поменьше рваных ран,

Когда идет большая драка.

Дай Бог побольше разных стран,

Не потеряв своей, однако.

 

Дай Бог, чтобы твоя страна

Тебя не пнула сапожищем.

Дай бог, чтобы твоя жена

Тебя любила даже нищим.

 

Дай Бог лжецам замкнуть уста,

Глас божий слыша в детском крике.

Дай Бог живым узреть Христа,

Пусть не в мужском, так в женском лике.

 

Не крест — бескрестье мы несем,

А как сгибаемся убого.

Чтоб не извериться во всем,

Дай Бог ну хоть немного Бога!

 

Дай Бог всего, всего, всего

И сразу всем — чтоб не обидно...

Дай Бог всего, но лишь того,

За что потом не станет стыдно.

__

[Паха Анархист 641]

Маленькое счастье

 

Пироги готовы, достаю варенье –

Маленькое счастье жду я с нетерпеньем.

И оно примчалось – на носу веснушки,

Отхлебнуло чая, слопало ватрушки,

Нитки размотало, поиграло с кошкой,

Стол разрисовало мокрою ладошкой.

Стал утюг машинкой, зонтик – парашютом,

И оно смеётся радостно чему-то.

Нашалившись вволю, наконец, устало

И заснуло сладко, сбросив одеяло.

Сбитые коленки и не счесть царапин,

Непокорный чубчик, подбородок папин...

Приоткрылись губки в радостной улыбке,

Пусть ему приснится золотая рыбка,

И шепчу: «О, Боже, отведи напасти»!

Спит моё большое маленькое счастье.

Варвара Божедай, 2012 (stihi.ru)

[Атута 12]

алаверды

Большое маленькое счастье-

не лгать себе-сказать, что хочешь в жизни ты-

большое маленькое счастье - честно сказать,-

а нужно ли создание одной, но на двоих,- мечты?!!!

[Паха Анархист 641]

алаверды

Большое маленькое счастье-

не лгать себе-сказать, что хочешь в жизни ты-

большое маленькое счастье - честно сказать,-

а нужно ли создание одной, но на двоих,- мечты?!!!

 

да! нужно и это знаешь ты

и нету больше в мире красоты

когда мечты двоих сливаются в одну

когда есть кому сказать я тебя люблю...

[Паха Анархист 641]

Пёс

 

Отчего так предан пёс,

И в любви своей бескраен?

Но в глазах всегда вопрос,

Любит ли его хозяин.

 

Оттого, что кто-то - сёк,

Оттого, что в прошлом - клетка!

Оттого, что человек

Предавал его нередко.

 

Я по улицам брожу,

Людям вглядываюсь в лица,

Я теперь за всем слежу,

Чтоб, как пёс, не ошибиться.

 

 

Мосты

 

Я строю мысленно мосты,

Их измерения просты,

Я строю их из пустоты,

Чтобы идти туда, где Ты.

Мостами землю перекрыв,

 

Я так Тебя и не нашел,

Открыл глаза, а там… обрыв,

Мой путь закончен, я – пришел.

 

 

Ёлка

 

Ходили по лесу, о жизни трубили

И елку-царицу под корень срубили.

Потом ее вставили в крест, будто в трон,

Устроили пышные дни похорон.

 

И не было стона, и не было слез.

Снегурочка пела, гундел Дед Мороз.

И, за руки взявшись, веселые лица

С утра начинали под елкой кружиться.

 

Ах, если бы видели грустные пни,

Какие бывают счастливые дни.

Но смолкло веселье, умолкнул оркестр.

Для следующей елочки спрятали крест.

 

Автор стихотворений: Валентин Гафт

[Паха Анархист 641]

На Майдане Все очень мирно, бело и пушисто.

Мирные шествия мирных фашистов.

Мирные факелы.

Мирный Бандера.

В Киеве мира - без счета и меры.

Утром туманным и темною ночью

Миролюбивый Майдан мироточит.

Мирно пьет чай.

Мирно требует сыра, кофе, лимонов, уборки сортиров.

Каждую пятницу с миром под вечер

Повода ищут для мирного вече

Мирные “дети“ в черных террорках.

Мирные цепи для мирной “разборки“.

Мирная ненависть к просто прохожим,

Да и к водителям ненависть тоже.

Все, кто за гранью майданного бунта –

“Тушки“, “титушки“, “банда“ и “хунта“.

Думал ты, “мир“ - это пение скрипки,

Солнце, объятья, цветы и улыбки?

Как бы не так! Мир теперь с кулачищем,

Дышит он злобой и ложью он свищет.

Мирный Майдан, он не сеет, не пашет –

Мирно поет.

Мирно бьет.

Мирно пляшет.

Мирно блокирует.

Ты несогласен?

Значит, “титушка“.

Значит, опасен! ...

Мирный Майдан заелозил до дыр

Слово когда-то хорошее - МИР

[Паха Анархист 641]

Телефон абонента выключен,

Абонент, наверное, сдох.

Телефон абонента выключен,

Абонент был последний лох.

Он швырнул телефон об стенку,

Заорал очень громко: "ФАК!"

И воткнул себе что-то в венку...

Говорю же, он был дурак.

Он разбил аппарат в припадке,

Матерился и много курил.

Он поддался весны лихорадке

И нещадно доверие вскрыл.

Абонент уничтожил контакты,

Абонент смог забыть номера,

Аргументы поджег он и факты

И в окно закричал: "На х*ра?!"

Обезумев, порвал он соц.сети

И пошел прочь от грязных витрин.

А на улице шастали дети,

И летал лишних слов парафин...

[Паха Анархист 641]

Мишка косолапый по лесу идет,

Шишки собирает, песенки поет.

Вдруг упала шишка, прямо мишке в лоб,

Мишка оступился и об землю хлоп!

Засвистел на ветке пересмешник-дрозд:

Мишка косолапый наступил на хвост!

А за ним вдогонку пятеро зайчат-

"Мишка косолапый!" из кустов кричат.

Подхватил дразнилку весь лесной народ:

Мишка косолапый по лесу идет!

Бросился к берлоге маленький медведь-

Чем такие ноги, лучше умереть!

Спрятался за шкапом и ревет ревмя:

Мишкой косолапым дразнят все меня...

Улыбнулась мама: "Глупенький сынок.

Не стесняйся, милый, косолапых ног.

Я ведь косолапа, и папа косолап,

И косолапил славно дедушка Потап."

Мишка косолпый стал ужасно горд,

Вымыл с мылом лапы, съел медовый торт.

Вышел из берлоги, да как заорет:

Мишка косолапый по лесу идет!!!

[vd7752 8]

Чтоб счастливо прожить свой век,

Веди себя, как человек,

Не будь ослом, шакалом, львом,

Но будь собой, а не шутом.©

[Andrey 1 012]

Привязываться к людям иногда у нас выходит.

Когда мы понимаем их душой.

Бывает это долго не проходит.

Ведь вместе быть не с каждым нам дано судьбой.

 

Когда мы далеко, когда не вместе.

Скучаем, вспоминаем - тяжело.

И мысли ... Нет не так, все не на месте.

В моменты эти нам так нелегко.

 

Мы думаем, как там сложилось.

Все хорошо, любимы, любят или что-то ждут.

Напомнить может? Нет, ведь раз не получилось.

Пусть будет так как есть, пускай без нас живут.

 

С. Новик

[Andrey 1 012]

написано девушкой:

 

Скучай по мне, пожалуйста скучай...

Мне важно знать, что ты по мне тоскуешь.

Пусть остывает в кружке крепкий чай.

Когда ты в памяти своей меня целуешь...

 

Ты вспоминай меня, когда совсем темно.

И сны уже запутались в ресницах...

Снег сумасшедший залепил окно,

Скучай по мне, когда совсем не спится...

 

Ты думай обо мне когда заря,

Срывает с неба ночи покрывало...

В ее лучах ищи одну меня.

Жизнь дарит нам большой любви начало....

 

Скучай по мне, пожалуйста, прошу..

Душой и сердцем, мыслями своими....

Ты знаешь, я одним тобой дышу.

Как дышат люди, ставшие родными.

 

[Nika Lia 1 223]

Остановятся безлюдные улицы,

Как картинки из недавнего прошлого,

Все случается, а это не сбудется,

То, что утекло, не воротится больше.

 

Я пыталась уберечь до последнего

Свою звездочку за маленьким облаком,

Оказалось там давно уж и нет ее,

Длится эта ночь года целого дольше.(с)

[vd7752 8]

Время завязло в миге

Мгновения Вселенной,

Далекой и столь близкой,

Пустынной и заселенной,

 

Фантазиями и мыслями,

Загадочного происхождения,

Наполненной жизнями

В череде перерождения.

 

Время летучее и вязкое,

Аморфное и застывшее,

Никогда и всегда в нем связаны,

Было и будет неразделимые.

[Nika Lia 1 223]

написано парнем:

 

Не моя... и вместо мыслей - клочья..

и февральский дождь пошёл вразнос..

и не я теряюсь ночью

в облаке каштановых волос..

 

и не я шепчу тебе о чём-то,

ткнувшись носом в свежую траву,

а потом со лба сдуваю чёлку

и Её Величеством зову..

 

и не я к утру сдаюсь с порога,

не сумев тобой перегореть,

верю в чёрта чуть сильней, чем в Бога,

чтоб понять тебя хотя б на треть,

 

чтоб уйти в тебя как в неизбежность

а когда глядишь в глаза твои

видеть что-то большее, чем нежность,

нежность с очертанием петли..

 

Автор: Павел Покровский

 

[vd7752 8]

Сила мира

Владимир Шубников

Открыта дверь,

Проход свободен.

Повисла тишь,

Никто не входит.

Танцуют блики на стене,

Свеча мерцает на столе.

Клочок бумаги,

Наспех брошен.

Обрывок мыслей,

В него вложен,

Кипевшей страсти

И любви.

Сжигались письма,

Не одни.

Терзалась,

Мучилась душа,

Вздымалась грудь,

Томно дыша.

Таинственность,

Гул в голове.

Обыденность,

Следов нигде.

Туманный мрак,

Висит в углах.

Очаг покинут,

Навсегда.

Уехать,

Может быть уплыть,

Оставив все,

Чтоб позабыть.

На край Земли,

Где нет печали,

Где мир иной,

Не замечали б,

Как время катится волной…

Прилив, отлив,

И мир другой.

В душе стремясь,

Сменить мгновенья,

Достичь прекрасного

Прозренья,

Понять что в мире,

Одинок,

Таков урок,

А в нем пролог…

Грядущей жизни -

Впереди.

Не той что здесь,

Другую жди.

Учись меняться и менять,

Любить, смеяться и молчать,

Спокойным быть и оставаться -

Собой всегда.

Не удивляться

Добру и злу -

Они едины,

В них простота

И сила мира…

[Andrey 1 012]

Позволь ... присяду я на краешке души ...

Здесь так красиво и ... тепло без меры ...

Не надо слов ... со мной Ты просто подыши ...

Я здесь нашел ... обитель моей веры ...

Наверно ... так красиво ... лишь в раю ...

Наверно ... не был я там ... не знаю ...

Но ... у души красивой ... на краю ...

Я чувствую ... что так и ... понимаю ...

(с)

[Ярослав-Волхв 457]

Перед весной бывают дни такие…

 

Анна Ахматова

 

Перед весной бывают дни такие:

Под плотным снегом отдыхает луг,

Шумят деревья весело-сухие,

И теплый ветер нежен и упруг.

И лёгкости своей дивится тело,

И дома своего не узнаешь,

И песню ту, что прежде надоела,

Как новую, с волнением поешь.

[безтебя 131]

Не знаю - права ли,

не знаю - честна ли,

не помню начала,

не вижу конца...

Я рада,

что не было встреч под часами,

что не целовались с тобой

у крыльца.

Я рада, что было так немо и прямо,

так просто и трудно,

так нежно и зло,

что осенью пахло

тревожно и пряно,

что дымное небо на склоны ползло.

Что сплетница сойка

до хрипу кричала,

на все побережье про нас раззвоня.

Что я ничего тебе

не обещала

и ты ничего не просил

у меня.

И это нисколько меня не печалит,-

прекрасен той первой поры неуют...

Подарков не просят

и не обещают,

подарки приносят

и отдают.

Вероника Тушнова