Стихи..любимые..ей/ему..

[melomanka 262]

К ***

 

Я не унижусь пред тобою;

Ни твой привет, ни твой укор

Не властны над моей душою.

Знай: мы чужие с этих пор.

Ты позабыла: я свободы

Для заблужденья не отдам,

И так пожертвовал я годы

Твоей улыбке и глазам,

И так я слишком долго видел

В тебе надежду юных дней,

И целый мир возненавидел,

Чтобы тебя любить сильней.

Как знать, быть может, те мгновенья,

Что протекли у ног твоих,

Я отнимал у вдохновенья!

А чем ты заменила их?

Быть может, мыслию небесной

И силой духа убежден,

Я дал бы миру дар чудесный,

А мне за то бессмертье он?

Зачем так нежно обещала

Ты заменить его венец,

Зачем ты не была сначала,

Какою стала наконец!

Я горд!.. прости! люби другого,

Мечтай любовь найти в другом;

Чего б то ни было земного

Я не сделаюсь рабом.

К чужим горам под небо юга

Я удалюся, может быть;

Но слишком знаем мы друг друга,

Чтобы друг друга позабыть.

Отныне стану наслаждаться

И в страсти стану клясться всем;

Со всеми буду я смеяться,

А плакать не хочу ни с кем;

Начну обманывать безбожно,

Чтоб не любить, как я любил;

Иль женщин уважать возможно,

Когда мне ангел изменил?

Я был готов на смерть и муку

И целый мир на битву звать,

Чтобы твою младую руку —

Безумец! — лишний раз пожать!

Не знав коварную измену,

Тебе я душу отдавал;

Такой души ты знала ль цену?

Ты знала — я тебя не знал!

 

Михаил Лермонтов

[хортичанин 16]

Не отрекаются любя

 

Не отрекаются любя.

Ведь жизнь кончается не завтра.

Я перестану ждать тебя,

а ты придешь совсем внезапно.

А ты придешь, когда темно,

когда в стекло ударит вьюга,

когда припомнишь, как давно

не согревали мы друг друга.

И так захочешь теплоты,

не полюбившейся когда-то,

что переждать не сможешь ты

трех человек у автомата.

И будет, как назло, ползти

трамвай, метро, не знаю что там.

И вьюга заметет пути

на дальних подступах к воротам...

А в доме будет грусть и тишь,

хрип счетчика и шорох книжки,

когда ты в двери постучишь,

взбежав наверх без передышки.

За это можно все отдать,

и до того я в это верю,

что трудно мне тебя не ждать,

весь день не отходя от двери.

 

Тушнова Вероника

[хортичанин 16]

СТАРАТЕЛЬСКИЙ ВАЛЬСОК

 

Мы давно называемся взрослыми

И не платим мальчишеству дань.

И за кладом на сказочном острове

Не стремимся мы в дальнюю даль:

Ни в пустыню, ни к полюсу холода,

Ни на катере... к этакой матери.

Но поскольку молчание — золото,

То и мы, безусловно, старатели.

 

Промолчи — попадешь в богачи!

Промолчи, промолчи, промолчи!

 

И не веря ни сердцу, ни разуму,

Для надежности спрятав глаза,

Сколько раз мы молчали по-разному,

Но не против, конечно, а за!

Где теперь крикуны и печальники?

Отшумели и сгинули смолоду...

А молчальники вышли в начальники.

Потому что молчание — золото.

 

Промолчи — попадешь в первачи!

Промолчи, промолчи, промолчи!

 

И теперь, когда стали мы первыми,

Нас заела речей маята.

Но под всеми словесными перлами

Проступает пятном немота.

Пусть другие кричат от отчаянья,

От обиды, от боли, от голода!

Мы-то знаем — доходней молчание,

Потому что молчание — золото!

 

Вот как просто попасть в богачи,

Вот как просто попасть в первачи,

Вот как просто попасть — в палачи:

Промолчи, промолчи, промолчи!

 

Александр Галич

[Шарки 1 136]

Женщина курит на лавочке

На многолюдной улице.

Женщине все до лампочки.

Женщина не волнуется.

 

В жизни бывало всякое.

Не обжигайте взглядами.

Жизнь - не кусочек лакомый,

Это - напиток с ядами.

 

В синих колечках дыма

Кроется тайный знак -

Не проходите мимо!

Ну хоть не спешите так!

 

Странные вы, прохожие,

Хоть и широкоплечие.

Женщине не поможете

Этим безлунным вечером.

 

Вы бы подсели к женщине -

По сигаретке выкурить.

Может быть стало б легче ей

Память из сердца выкинуть.

 

В синих колечках дыма

Кроется тайный знак-

Не проходите мимо!

Ну хоть не спешите так!

****

 

Мне приснился ласковый мужик,-

Невысокий,а глаза, как блюдца.

И за ночь он так ко мне привык,

что я утром не могла проснуться.

 

Он всю ночь меня не отпускал.

обнимал до пупрышек на коже.

Ну никто меня так не ласкал

Не до мужика, ни после тоже.

 

Такой был ласковый мужик,

Мне с ним всю ночь так сладко было.

Исчез он так же, как возник,

И, как зовут, спросить забыла.

 

Я ему шептала:- Уходи,

А сама боялась, что заплачу.

И остался на моей груди

Отпечаток губ его горячих.

 

Это сон был, только и всего,

Но с тех пор я в нём души не чаю.

Вдруг во сне вы встретите его,

Передайте - я о нём скучаю

 

Лариса Рубальская

[Эм_ 789]

пока ты другим там варишь соленый кофе, куришь или стесняешься снять футболку

я тут упрямо рисую знакомый профиль, узкие губы, лоб под короткой челкой

в ванной дышу на кафель, пишу записки, мол отболело, спряталось, пробежало

мы подпустили прошлое слишком близко, чтоб оно эдак молча теперь лежало

 

пока ты с другими там примеряешь планы, на Ниццу, Ницше, на "да-да, вот здесь и ниже"

я по стеклу в душевой утекаю плавно, я оседаю на пол, и кафель лижет

меня повсюду, до куда только достанет. и день утекает словно сквозь пальцы жидкость

и я забываю когда уже солнце встанет, что я еще собственно даже и не ложилась.

 

пока ты чинишь машину, и пишешь хокку, заказываешь пиво себе в спорт-баре,

я пробираюсь по горной тропинке в воздух, и улыбаюсь, мать твою, улыбаюсь,

я научаюсь жить в безвоздушном мире, я открываюсь каждому, кто попросит

я перемыла все что нашлось в квартире, и не разбила. хотя подмывало бросить.

 

пока ты там злишься, ревнуешь, врешь мне, а так же глупо веришь в чужие сказки,

я написала прозы тебе две простыни, я наварила груды вареньев разных.

я одолела боль свою, оседлала, я отняла у нее по тихому все ее силы

я поняла,что я все могу и надо же? даже вернуться, видишь, не попросила.

[melomanka 262]

Они читают стихи

Смотри: я спутал все страницы,

Пока глаза твои цвели.

Большие крылья снежной птицы

Мой ум метелью замели.

 

Как странны были речи маски!

Понятны ли тебе?— Бог весть!

Ты твердо знаешь: в книгах — сказки,

А в жизни — только проза есть.

 

Но для меня неразделимы

С тобою — ночь, и мгла реки,

И застывающие дымы,

И рифм веселых огоньки.

 

Не будь и ты со мною строгой,

И маской не дразни меня,

И в темной памяти не трогай

Иного — страшного — огня.

 

10 января 1907

 

Александр Блок

[Игорек 982]

Асадов Эдуард

Не уходи из сна моего

 

Не уходи из сна моего.

Сейчас ты так хорошо улыбаешься,

Как будто бы мне подарить стараешься

Кусочек солнышка самого.

Не уходи из сна моего!

 

Не уходи из сна моего!

Ведь руки, что так нежно обняли,

Как будто бы радугу в небо подняли,

И лучше их нет уже ничего.

Не уходи из сна моего!

 

В былом у нас - вечные расстояния,

За встречами - новых разлук терзания,

Сплошной необжитости торжество.

Не уходи из сна моего!

 

Не уходи из сна моего!

Теперь, когда ты наконец-то рядом,

Улыбкой и сердцем, теплом и взглядом,

Мне мало, мне мало уже всего!

Не уходи из сна моего!

 

Не уходи из сна моего!

И пусть все упущенные удачи

Вернуться к нам снова, смеясь и плача,

Ведь это сегодня важней всего.

Не уходи из сна моего!

 

Не уходи из сна моего!

Во всех сновиденьях ко мне являйся!

И днём, даже в шутку не расставайся

И лучше не сделаешь ничего.

Не уходи из сна моего!

[Паха Анархист 641]

Фридрих Шиллер - «Достоинства женщины»

 

Женщинам слава! Искусно вплетая

В жизнь эту розы небесного рая,

Узы любви они сладостно вьют.

В туники граций одевшись стыдливо,

Женщины бережно и терпеливо

Чувства извечный огонь стерегут.

 

Сила буйная мужчины

Век блуждает без путей,

Мысль уносится в пучины

Необузданных страстей.

Не нашедшему покоя

Сердцу вечно вдаль нестись,

За крылатою мечтою

Уноситься к звёздам ввысь.

 

Женщина тёплым, колдующим взглядом

Манит безумца к домашним усладам,

В тихие будни, от призраков прочь.

Нравом застенчива, в хижине отчей

Путника днём поджидает и ночью

Доброй природы покорная дочь.

 

Но мужчина в рвенье рьяном

Беспощаден и упрям,

В жизнь врываясь ураганом,

Рушит всё, что создал сам.

Страсти вспыхивают снова,

Укрощённые едва,

Так у гидры стоголовой

Отрастает голова.

 

Женщина к славе не рвётся спесиво,

Робко срывает, хранит бережливо

Быстротекущих мгновений цветы;

Много свободней, хоть связаны руки,

Много богаче мужчин, что в науке

Ищут познаний, свершений мечты.

 

Род мужской в душе бесстрастен,

Сам собою горд всегда,

К нежным чувствам не причастен,

Близость душ ему чужда.

Не прильнёт к груди с повинной,

Ливнем слёз не изойдёт, —

Закалён в боях мужчина,

Дух суровый в нём живёт.

 

Женские души со струнами схожи.

Ветер Эолову арфу тревожит,

Тихо в отзывчивых струнах дыша.

Райской росою при виде страданий

Слёзы сверкают у нежных созданий,

Чуткая, в страхе трепещет душа.

 

Сила властвует над правом,

Нрав мужской ожесточив.

Перс — в цепях. Мечом кровавым

Потрясает грозный скиф.

Налетают страсти бурей,

Дух вражды в сердцах горит,

Слышен хриплый голос фурий

Там, где смолкнул зов харит.

 

Мягкою просьбой, простым уговором

Женщина путь преграждает раздорам,

Властью любви пересиливши гнев.

В тихое русло враждебные силы

Вводит, в порыве сердечного пыла

Непримиримость страстей одолев.

[Шарки 1 136]

Душе, уставшей от страсти,

От солнечных бурь и нег,

Дорого легкое счастье,

Счастье - тишайший снег.

 

Счастье, которое еле

Бросает звездный свет;

Легкое счастье, тяжеле

Которого нет.

1920

 

Вера Инбер

[Bell 1 024]

Зайдя под вечер в магазин,

Свинья купила апельсин.

- Как это вкусно и полезно! -

Ей продавец сказал любезно. -

Я обожаю апельсины,

Они содержат витамины.

Вам рассказать, Свинья, готов

Про апельсины всех сортов.

- Я слушать Вас не собираюсь,

Поскольку в них не разбираюсь,

Но с удовольствием порой

Ем апельсины с кожурой.

[Паха Анархист 641]

Парус

 

 

Белеет парус одинокой

В тумане моря голубом!..

Что ищет он в стране далекой?

Что кинул он в краю родном?..

 

5 Играют волны — ветер свищет,

И мачта гнется и скрыпит...

Увы! он счастия не ищет,

И не от счастия бежит!

 

Под ним струя светлей лазури,

10 Над ним луч солнца золотой...

А он, мятежный, просит бури,

Как будто в бурях есть покой!

[melomanka 262]

Желаю всем добра и мыслей светлых…

Пускай обиды прошлые уйдут…

От них вы избавляйтесь незаметно…

Простить и отпустить – нелёгкий труд…

Но каждым утром рано на рассвете

Попробуйте кого-нибудь простить…

За то, что солнце в небе ярко светит,

Начните жизнь свою благодарить…

Она ведь посылает вам уроки,

Чтоб стали вы отзывчивей, мудрей…

А слышит лишь обидные упрёки,

То денег нет, то верных нет друзей…

Вы жизнь свою за всё благодарите…

За то, что вы не знаете войны,

За то, что у компьютера сидите...

За то, что вы кому-нибудь нужны…

За то, что есть у вас семья и дети,

А если нет, просите у неё!!!

Она ведь не глуха и вам ответит,

Прощая вас за прежнее нытьё…

Хотите быть богатыми? Мечтайте!

К вам деньги будут сами приходить…

Хотите быть счастливыми? Дерзайте!

Учитесь доверять, прощать, любить…

Представьте жизнь свою без опасений,

Без страхов, без упрёков и обид…

Освободитесь от пустых сомнений,

Увидите, что к счастью путь открыт…

Оставьте ваше прошлое в покое!

Оно ушло, обратно не вернуть…

Задумайтесь сегодня над судьбою

И начертите в мыслях светлый путь…

Весь мир под одного не перестроить,

Но можно перестроить мир внутри…

И лучше доверять, чем вечно спорить…

И лучше отыскать, чем не найти…

Вам жизнь даёт бесценные советы…

Того, что есть, могло бы и не быть…

Представили? За каждый лучик света

Учитесь жизнь свою благодарить…

 

Ирина Самарина-Лабиринт

[Паха Анархист 641]

Есенин С. А. - «Ну, целуй меня, целуй»

 

Ну, целуй меня, целуй,

Хоть до крови, хоть до боли.

Не в ладу с холодной волей

Кипяток сердечных струй.

 

Опрокинутая кружка

Средь веселых не для нас.

Понимай, моя подружка,

На земле живут лишь раз!

 

Оглядись спокойным взором,

Посмотри: во мгле сырой

Месяц, словно желтый ворон,

Кружит, вьется над землей.

 

Ну, целуй же! Так хочу я.

Песню тлен пропел и мне.

Видно, смерть мою почуял

Тот, кто вьется в вышине.

 

Увядающая сила!

Умирать так умирать!

До кончины губы милой

Я хотел бы целовать.

 

Чтоб все время в синих дремах,

Не стыдясь и не тая,

В нежном шелесте черемух

Раздавалось: «Я твоя».

 

И чтоб свет над полной кружкой

Легкой пеной не погас —

Пей и пой, моя подружка:

На земле живут лишь раз!

[Рахманец 361]

Желаю всем добра и мыслей светлых…

Пускай обиды прошлые уйдут…

От них вы избавляйтесь незаметно…

Простить и отпустить – нелёгкий труд…

Но каждым утром рано на рассвете

Попробуйте кого-нибудь простить…

За то, что солнце в небе ярко светит,

Начните жизнь свою благодарить…

Она ведь посылает вам уроки,

Чтоб стали вы отзывчивей, мудрей…

А слышит лишь обидные упрёки,

То денег нет, то верных нет друзей…

Вы жизнь свою за всё благодарите…

За то, что вы не знаете войны,

За то, что у компьютера сидите...

За то, что вы кому-нибудь нужны…

За то, что есть у вас семья и дети,

А если нет, просите у неё!!!

Она ведь не глуха и вам ответит,

Прощая вас за прежнее нытьё…

Хотите быть богатыми? Мечтайте!

К вам деньги будут сами приходить…

Хотите быть счастливыми? Дерзайте!

Учитесь доверять, прощать, любить…

Представьте жизнь свою без опасений,

Без страхов, без упрёков и обид…

Освободитесь от пустых сомнений,

Увидите, что к счастью путь открыт…

Оставьте ваше прошлое в покое!

Оно ушло, обратно не вернуть…

Задумайтесь сегодня над судьбою

И начертите в мыслях светлый путь…

Весь мир под одного не перестроить,

Но можно перестроить мир внутри…

И лучше доверять, чем вечно спорить…

И лучше отыскать, чем не найти…

Вам жизнь даёт бесценные советы…

Того, что есть, могло бы и не быть…

Представили? За каждый лучик света

Учитесь жизнь свою благодарить…

 

Ирина Самарина-Лабиринт

 

Понравился стих.

[Паха Анархист 641]

Понравился стих.

мне тоже

замечательно и реально правдиво

[Шарки 1 136]

ТВОЙ ДОМ

 

Белла Ахмадулина

 

Твой дои, не ведая беды,

меня встречал и в щеку чмокал.

Как будто рыба из воды,

сервиз выглядывал из стекол.

 

И пес выскакивал ко мне,

как галка маленький, орущий,

и в беззащитном всеоружьи

торчали кактусы в окне.

 

От неурядиц всей земли

я шла озябшим делегатом,

и дом смотрел в глаза мои

и добрым был и деликатным.

 

На голову мою стыда

он не навлек, себя не выдал.

Дом клялся мне, что никогда

он этой женщины не видел.

 

Он говорил: - Я пуст, Я пуст. -

Я говорила: - Где-то, где-то... -

Он говорил: - И пусть. И пусть.

Входи и позабудь про это.

 

О, как боялась я сперва

платка или иной приметы,

но дом твердил свои слова,

перетасовывал предметы.

 

Он заметал ее следы.

О, как он притворился ловко,

что здесь не падало слезы,

не облокачивалось локтя.

 

Как будто тщательный прибой

смыл все: и туфель отпечатки,

и тот пустующий прибор,

и пуговицу от перчатки.

 

Все сговорились: пес забыл,

с кем он играл, и гвоздик малый

не ведал, кто его забил,

и мне давал ответ туманный.

 

Так были зеркала пусты,

как будто выпал снег и стаял.

Припомнить не могли цветы,

кто их в стакан граненый ставил...

 

О дом чужой! О милый дом!

Прощай! Прошу тебя о малом:

не будь так добр. Не будь так добр.

Не утешай меня обманом.

[melomanka 262]

Углем наметил на левом боку

Место, куда стрелять,

Чтоб выпустить птицу - мою тоску -

В пустынную ночь опять.

 

Милый! Не дрогнет твоя рука,

И мне недолго терпеть.

Вылетит птица - моя тоска,

Сядет на ветку и станет петь.

 

Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,

Раскрывши окно, сказал:

"Голос знакомый, а слов не пойму", -

И опустил глаза.

 

Анна Ахматова

[Шарки 1 136]

ЧАСЫ СТОЯТ

 

Зинаида Гиппиус

 

Часы остановились. Движенья больше нет.

Стоит, не разгораясь, за онками рассвет.

 

На скатерти холодной наубранный прибор,

Как саван белый, складки свисают на ковер.

 

И в лампе не мерцает блестящая дуга...

Я слушаю молчанье, как слушают врага.

 

Ничто не изменилось, ничто не отошло;

Но вдруг отяжелело, само в себе вросло.

 

Ничто не изменилось, с тех пор как умер звук.

Но точно где-то властно сомкнули тайный круг.

 

И все, чем мы за краткость, за легкость дорожим,-

Вдруг сделалось бессмертным, и вечным - и чужим.

 

Застыло, каменея, как тело мертвеца...

Стремленье - но без воли. Конец - но без конца.

 

И вечности безглазой беззвучен строй и лад.

Остановилось время. Часы, часы стоят!

[Игорек 982]

А судьи кто? - За древностию лет

К свободной жизни их вражда непримирима,

Сужденья черпают из забытых газет

Времен Очаковских и покоренья Крыма;

Всегда готовые к журьбе,

Поют все песнь одну и ту же,

Не замечая об себе:

Что старее, то хуже.

Где, укажите нам, отечества отцы,

Которых мы должны принять за образцы?

Не эти ли, грабительством богаты?

Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,

Великолепные соорудя палаты,

Где разливаются в пирах и мотовстве,

И где не воскресят клиенты-иностранцы

Прошедшего житья подлейшие черты.

Да и кому в Москве не зажимали рты

Обеды, ужины и танцы?

Не тот ли, вы к кому меня еще с пелен,

Для замыслов каких-то непонятных,

Дитёй возили на поклон?

Тот Нестор негодяев знатных,

Толпою окруженный слуг;

Усердствуя, они в часы вина и драки

И честь и жизнь его не раз спасали: вдруг

На них он выменил борзые три собаки!!!

Или вон тот еще, который для затей

На крепостной балет согнал на многих фурах

От матерей, отцов отторженных детей?!

Сам погружен умом в Зефирах и в Амурах,

Заставил всю Москву дивиться их красе!

Но должников не согласил к отсрочке:

Амуры и Зефиры все

Распроданы поодиночке!!!

Вот те, которые дожили до седин!

Вот уважать кого должны мы на безлюдьи!

Вот наши строгие ценители и судьи!

Теперь пускай из нас один,

Из молодых людей, найдется - враг исканий,

Не требуя ни мест, ни повышенья в чин,

В науки он вперит ум, алчущий познаний;

Или в душе его сам Бог возбудит жар

К искусствам творческим, высоким и прекрасным,

Они тотчас: разбой! пожар!

И прослывет у них мечтателем! опасным!! -

Мундир! один мундир! он в прежнем их быту

Когда-то укрывал, расшитый и красивый,

Их слабодушие, рассудка нищету;

И нам за ними в путь счастливый!

И в женах, дочерях - к мундиру та же страсть!

Я сам к нему давно ль от нежности отрекся?!

Теперь уж в это мне ребячество не впасть;

Но кто б тогда за всеми не повлекся?

Когда из гвардии, иные от двора

Сюда на время приезжали, -

Кричали женщины: ура!

И в воздух чепчики бросали!

 

А. С. Грибоедов, мнолог Чацкого "А судьи кто?" в "Горе от ума"

[Шарки 1 136]

ДЬЯВОЛЕНОК

 

Зинаида Гиппиус

 

Мне повстречался дьяволенок,

Худой и щуплый - как комар.

Он телом был совсем ребенок,

Лицом же дик: остер и стар.

 

Шел дождь... Дрожит, темнеет тело,

Намокла всклоченная шерсть...

И я подумал: эко дело!

Ведь тоже мерзнет. Тоже персть.

 

Твердят: любовь, любовь! Не знаю.

Не слышно что-то. Не видал.

Вот жалость... Жалость понимаю.

И дьяволенка я поймал.

 

Пойдем, детеныш! Хочешь греться?

Не бойся, шерстку не ерошь.

Что тут на улице тереться?

Дам детке сахару... Пойдешь?

 

А он вдруг эдак сочно, зычно,

Мужским, ласкающим баском

(Признаться - даже неприлично

И жутко было это в нем) -

 

Пророкотал: "Что сахар? Глупо.

Я, сладкий, сахару не ем.

Давай телятинки да супа...

Уж я пойду к тебе - совсем".

 

Он разозлил меня бахвальством...

А я хотел еще помочь!

Да ну тебя с твоим нахальством!

И не спеша пошел я прочь.

 

Но он заморщился и тонко

Захрюкал... Смотрит, как больной...

Опять мне жаль... И дьяволенка

Тащу, трудясь, к себе домой.

 

Смотрю при лампе: дохлый, гадкий,

Не то дитя, не то старик.

И все твердит: "Я сладкий, сладкий..."

Оставил я его. Привык.

 

И даже как-то с дьяволенком

Совсем сжился я наконец.

Он в полдень прыгает козленком,

Под вечер - темен, как мертвец.

 

То ходит гоголем-мужчиной,

То вьется бабой вкруг меня,

А если дождик - пахнет псиной

И шерстку лижет у огня.

 

Я прежде всем себя тревожил:

Хотел того, мечтал о том...

А с ним мой дом... не то, что ожил,

Но затянулся, как пушком.

 

Безрадостно-благополучно,

И нежно-сонно, и темно...

Мне с дьяволенком сладко-скучно...

Дитя, старик,- не все ль равно?

 

Такой смешной он, мягкий, хлипкий,

Как разлагающийся гриб.

Такой он цепкий, сладкий, липкий,

Все липнул, липнул - и прилип.

 

И оба стали мы - едины.

Уж я не с ним - я в нем, я в нем!

Я сам в ненастье пахну псиной

И шерсть лижу перед огнем...

Декабрь 1906, Париж

[Игорек 982]

Когда забьешь на Интернет,

Устав от фальши,

Никто не вспомнит о тебе.

Ни друг ближайший,

Ни тот, кто просто заходил

И смайлик ставил.

И никакой ноотропил

Тогда не вправе

Да и не в силе удержать

Чужую память.

И можно одного себя

Кроить и править.

Прибить гвоздями в голове

Доску почета:

"Запомни - ты не человек,

А только ник и фото".

[Игорек 982]

В.С.Высоцкий 1977

Притча о Правде и Лжи

В подражание Булату Окуджаве

 

 

Нежная Правда в красивых одеждах ходила,

Принарядившись для сирых, блаженных, калек, -

Грубая Ложь эту Правду к себе заманила:

Мол, оставайся-ка ты у меня на ночлег.

 

И легковерная Правда спокойно уснула,

Слюни пустила и разулыбалась во сне, -

Грубая Ложь на себя одеяло стянула,

В Правду впилась - и осталась довольна вполне.

 

И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью:

Баба как баба, и что ее ради радеть?! -

Разницы нет никакой между Правдой и Ложью,

Если, конечно, и ту и другую раздеть.

 

Выплела ловко из кос золотистые ленты

И прихватила одежды, примерив на глаз;

Деньги взяла, и часы, и еще документы, -

Сплюнула, грязно ругнулась - и вон подалась.

 

Только к утру обнаружила Правда пропажу -

И подивилась, себя оглядев делово:

Кто-то уже, раздобыв где-то черную сажу,

Вымазал чистую Правду, а так - ничего.

 

Правда смеялась, когда в нее камни бросали:

"Ложь это все, и на Лжи одеянье мое..."

Двое блаженных калек протокол составляли

И обзывали дурными словами ее.

 

Стервой ругали ее, и похуже чем стервой,

Мазали глиной, спускали дворового пса...

"Духу чтоб не было, - на километр сто первый

Выселить, выслать за двадцать четыре часа!"

 

Тот протокол заключался обидной тирадой

(Кстати, навесили Правде чужие дела):

Дескать, какая-то мразь называется Правдой,

Ну а сама - пропилась, проспалась догола.

 

Чистая Правда божилась, клялась и рыдала,

Долго скиталась, болела, нуждалась в деньгах, -

Грязная Ложь чистокровную лошадь украла -

И ускакала на длинных и тонких ногах.

 

Некий чудак и поныне за Правду воюет, -

Правда, в речах его правды - на ломаный грош:

"Чистая Правда со временем восторжествует, -

Если проделает то же, что явная Ложь!"

 

Часто разлив по сто семьдесят граммов на брата,

Даже не знаешь, куда на ночлег попадешь.

Могут раздеть, - это чистая правда, ребята, -

Глядь - а штаны твои носит коварная Ложь.

Глядь - на часы твои смотрит коварная Ложь.

Глядь - а конем твоим правит коварная Ложь.

[Шарки 1 136]

НЕПОПРАВИМО

 

Зинаида Гиппиус

 

 

Невозвратимо. Непоправимо.

Не смоем водой. Огнем не выжжем.

Наc затоптал - не проехал мимо!-

Тяжелый всадник на коне рыжем.

 

В гуще вязнут его копыта,

В смертной вязи, неразделимой...

Смято, втоптано, смешано, сбито -

Все. Навсегда. Непоправимо.

[Шарки 1 136]

Моя любовь - как странный сон,

Предутренний, печальный...

Молчаньем звезд заворожен

Ее призыв прощальный!

 

Как стая белых, смелых птиц

Летят ее желанья

К пределам пламенных зарниц

Последнего сгоранья!..

 

Моя любовь - немым богам

Зажженная лампада.

Моей любви, моим устам -

Твоей любви не надо!

 

Тэффи Надежда

[Шарки 1 136]

Реквием любви

 

Тэффи Надежда

 

Мою хоронили любовь...

Как саваном белым тоска

Покрыла, обвила ее

Жемчужными нитями слез.

Отходную долго над ней

Измученный разум читал,

И долго молилась душа,

Покоя прося для нее...

Вечная память тебе!

Вечная - в сердце моем!

И черные думы за ней

Процессией траурной шли,

Безумное сердце мое

Рыдало и билось над ней...

Мою схоронили любовь.

Забвенье тяжелой плитой

Лежит на могиле ее...

Тише... Забудьте о ней!

Вечная память тебе!

Вечная - в сердце моем!