Впечатлило

[Эм_ 789]

мы все сдохнем, Helly. И это не впечатляет.

[Федора 681]

мы все сдохнем, Helly. И это не впечатляет.

 

и Хелли сдохнет вместе со всеми

[Helly 385]

мы все сдохнем, Helly. И это не впечатляет.

Грубо, но верно. Но меня, скорее,впечатлила глубина мысли. Дело в том,что считается, что чем старше человек (я имею в виду период старости), тем ниже у него мозговая активность. Старческий маразм, старый, что малый, ну и т.д. А тут человек настолько четко передает свои мысли, свои чуства... Именно это впечатлило.

А то, что все умрем.... Ну умрем... Ну во-первых, до старости еще далеко, я по крайней мере, собираюсь прожить как минимум еще столько же, сколько прожила, а во-вторых, мне кажется, что прожить нужно так, чтобы и умирать было не жаль. В том смысле, что было бы полное удовлетворение от прожитой жизни

[Perfect 293]

и Хелли сдохнет вместе со всеми

 

что за массовый падеж? .. но хотя бы не в один день.

[Эм_ 789]

Старческий маразм, старый, что малый, ну и т.д. А тут человек настолько четко передает свои мысли, свои чуства..

ну на самом деле по-детски и передал, наивно, просто... Не усложняй)))

[Helly 385]

Ишь чего выкаблучивает! (с)

 

Как вставить видео с YouTube?

[Sunshine-2878 92]

Учительница начальных классов однажды попросила детей написать сочинение о том, что бы они хотели, чтобы Бог сделал для них. Вечером, когда она проверяла работы, она наткнулась на одно сочинение, которое ее очень расстроило. В этот момент вошел ее муж и увидел ее плачущей. "Что случилось?"-спросил он. "Читай"-ответила она, протянув сочинение одного мальчика.

"Господи, сегодня прошу Тебя о кое-чем особенном: преврати меня в телевизор. Я хочу занять его место. Хочу жить, как живет телевизор в нашем доме. Хочу иметь особенное место и собирать семью вокруг себя. Чтоб меня слушали, не перебивая и не задавая вопросы, когда я говорю. Хочу быть центром внимания. Хочу, чтоб мной занимались, как занимаются телевизором, когда он перестает работать. Хочу быть в компании отца, когда он возвращается домой, даже уставший. Чтоб моя мама, вместо того, чтоб игнорировать меня, шла ко мне, когда остается одна и грустит. Хочу, чтоб хоть иногда, мои родители оставляли все в стороне и проводили немного времени со мной. Боже, я не прошу многого... Я только хочу жить, как живет любой телевизор".

"Кошмар! Бедный мальчик!"-воскликнул муж учительницы.-"Что ж это за родители такие?!" Она со слезами на глазах ответила: "Это сочинение нашего сына..."

[Helly 385]

Впечатлило...

Как вставить видео с YouTube?

[dnarG 283]

Как вставить видео с YouTube?

[Анатолий67 223]

мы все сдохнем, Helly. И это не впечатляет.

 

В церкви покаялись?

[Helly 385]

Семейная пара Джим и Джейми Датчер (Jim and Jamie Dutcher) провела шесть лет, живя в палатке в лесу среди стаи волков в попытке понять образ жизни и сущность этих животных.

 

 

Жили они без электричества и водопровода, в самых примитивных, дикарских, условиях, не уходя с места даже зимой, когда в лесах штата Айдахо трещали практически сибирские морозы. Судя по фотографиям, сделанных ими и после опубликованными для своего сайта и сми, им удалось установить с волками очень тесную, почти семейную связь и заглянуть туда, куда мало кому из людей удавалось.

 

 

Многих волков стаи Джим и Джейми знали с щенячьего возраста, сами помогали выкармливать и на их глазах те росли и становились могучими матерыми особями, однако помнящими человеческую доброту и хорошее отношение и отвечающие взаимностью.

 

 

Супруги были свидетелями сцен смены вожака, продвижения членов стаи по иерархической лестнице, которая в волчьем обществе играет важнейшую роль, а также свидетелями того, как самец волк почти по человечески оплакивал свою погибшую подругу, выражая, как показалось людям, скорбь и печаль от ее утери.

 

 

Джим и Джейми старались запечатлеть все, что могло бы показать людям как важно сохранять численность волков и что на самом деле они не такие безжалостные и кровожадные "машины для убийства", какими частенько предстают в народных россказнях.

 

 

- Волки на самом деле боятся и сторонятся людей, - рассказывает Джим, - И это очень умные животные. Их очень сложно заснять крупным планом, подобравшись близко, если ты для них чужак. Нам удалось это лишь потому, что волки стали нам доверять после долгого пребывания с ними в их естественной среде. У нас с этими волками возникла такая тесная связь, которая бывает лишь между членами одной стаи. И она останется на всю жизнь.

 

- Мы действовали, учитывая условия стаи и не подходили к ним, если они нам не показывали, что не против нашего присутствия. Каждое утро мы шли к ним, покидая палатку и они встречали нас, приветствуя, словно членов своей стаи. Они поскуливали и лизали наши лица, как мы пожимаем друг другу руки при встрече, а потом все отправлялись по своим делам.

 

-Мы никогда не пытались доминировать в стае, а эти волки в свою очередь никогда не пробовали заставить нас признать их доминирование. Так что между нами было все нейтрально.

 

 

 

-Пойти к волкам нас заставило то сильное негативное отношение, которое бытует по отношению к волкам среди людей, -продолжает после Джима его жена Джейми,- Большинство людей питают к ним лютую ненависть, мы же хотели показать им, что все совсем не так страшно. Вся эта злоба идет из старых сказок и мифов, где все во много раз преувеличено, но ведь было время когда волки и люди жили практически вместе. Именно от волков к человеку пришла собака, помогая в охоте и защите. Джим и я выяснили, что люди и сейчас могут мирно уживаться с волками, если бы узнали их получше.

 

 

 

 

До своего ухода в леса супруги жили вполне обыденной жизнью. Джейми работала в зоопарке в Вашингтоне, а Джим был оператором и снимал фильмы о дикой природе. По их словам было очень сложно так сразу перестать обходится в лесу без всех благ цивилизации, даже без радио. Зимой все вокруг засыпало снегом на 5-6 футов (около 2 метров) и становилось очень холодно.

 

- Мы часто смеялись над этим, но после я просыпался утром с примороженными к коже моего лица волосами, -вспоминает Джим.

 

Согреваться приходилось с помощью костра и еще "множества придуманных методов", как рассказывает Джим. Постепенно они привыкали к такому образу жизни. Было это 15 лет назад с 1990 по 1996 год. С тех пор Джейми и Джим посвятили свою жизнь тому, чтоб рассказать о своем опыте и волках как можно большему числу людей. У них есть свой сайт, они ведут просветительскую работу в крупнейших библиотеках, университетах и школах по всему миру, в том числе и в Музее Естественной истории Лондона. У них выпущено 3 книги, а в феврале 2013 выйдет четвертая под названием "The Hidden Life of Wolves".

 

 

 

 

 

- Время, проведенное с волками, дало нам потрясающий и удивительный опыт и знания, которыми мы очень дорожим. Теперь мы пытаемся дать от себя что-то волкам взамен.

Источник

[ДНК-NEO 373]

Helly,

 

Хелка, ты супер :да:

[Parva 344]

Страшная радость матери...

[Анатолий67 223]

Страшная радость матери...

 

Это кто же до такого маразма додумался?

[Nikolj 5]

Это кто же до такого маразма додумался?

 

Чё маразм. Водка с накротой быстрый вариант в последний путь.

[Анатолий67 223]

Чё маразм. Водка с накротой быстрый вариант в последний путь.

 

Там вместо наркоты мамаша посадила сына на водяру, типа алкоголизм легче вылечить - вот дура.

[Nikolj 5]

Там вместо наркоты мамаша посадила сына на водяру, типа алкоголизм легче вылечить - вот дура.

 

Кто же поверит, что он с иглы соскочил.

[Helly 385]

К своему стыду, никогда не понимала современные направления в живописи.

"Черный квадрат" - для меня всегда был чем-то запредельным. Ну не вижу я тайного смысла в геометрической фигуре. Еще сложнее мне понять тех, кто покупает эти произведения, выкладывая баснословные суммы. Я к чему? Оказывается, Малевич - еще не предел.

 

На днях в Москве состоялся аукцион современного искусства, в ходе которого было выручено порядка 580 тысяч евро. Самим дорогим лотом стала работа художника Ивана Чуйкова «Без названия», ушедшая с торгов за 85 тысяч евро.

 

(Да простят меня модераторы за обнаженную натуру вне требуемого раздела

 

«Пространственная концепция»

 

Лучо Фонтан — $1 500 000

 

 

«Без названия»

 

Марк Ротко — $28 000 000

 

 

«Голубой дурак»

 

Кристофер Вул — $5 000 000

 

 

«Белый огонь I»

 

Барнетт Ньюман — $3 800 000

 

 

«Без названия»

 

Сай Твомбли — $2 300 000

 

 

«Собака»

 

Жоан Миро — $2 200 000

 

 

Полотно «Без названия» или «Стофбилд»

 

Блинк Палермо — $1 700 000

 

 

«Ковбой»

 

Элсворт Келли — $1 700 000

 

 

«Зелёно-белый»

 

Элсворт Келли — $1 600 000

 

 

«Кроваво-красное зеркало»

 

Герхардт Рихтер — $1 000 000

 

 

источник

[Ипполит 121]

Откровенно обалдел: это искусство ради искусства, мне так кажется.

[Helly 385]

Как продавать кексы, следуя экономике бесплатного

 

В Берлине места, где ты платишь за обед столько, сколько считаешь нужным, уже хорошая традиция, в Италии стали открываться подобные винные бары. Экономика бесплатного может быть выгодной, утверждают западные экономисты-новаторы. Главный редактор журнала Wired Крис Андерсон в своей книге Free: The Future of a Radical Price утверждает, что бесплатные товары и услуги — будущее мировой экономики. На страницах фундаментальной «Фрикономики» Стивен Левитт приводит пример того, как человек стал миллионером, используя свободную систему и оставляя бесплатные булочки в американских офисах. С утра он приезжал в офис с булочками, ставил рядом коробочку для пожертвований, и таким образом разбогател. The Village проверил, может ли подобная доверительная модель работать в Петербурге.

 

Суть эксперимента

Редакция испекла 99 маффинов и собирается продать их на фермерском рынке в выходной день в «Новой Голландии». При этом цену кекса будут определять покупатели, каждый может заплатить столько, сколько считает нужным. Редакция хочет проверить, окупятся ли затраты на продукты и можно ли заработать при такой схеме. Нужно отметить, что в себестоимость товара не включена аренда места — его предоставили бесплатно, а также труд производителей — около трёх часов корреспондент The Village Соня Качински сама пекла кексы.

 

Продажа

 

Место у нас достаточно проходное — в двух шагах фермеры торгуют сыром и живыми сомами. В нескольких метрах покупатели стоят в очереди в киоск за булками и сэндвичами. Остальные немаловажные факторы: погода хорошая, выходной день, людей с детьми (предполагаемая целевая аудитория) около 50 %.

 

Торговля начинается не слишком бойко. В коробке ровно 99 маффинов со свежей черникой. Рядом контейнер для денег с табличкой «Заплатите столько, сколько считаете нужным». Уже с первых минут становится понятно: большую часть посетителей такая фраза скорее отпугивает, нежели привлекает. Люди медленно проходят, читают, и если удивляются, то редко переспрашивают и подходят. Применяем другую тактику — приглашать покупателей: «Сегодня у нас свежие маффины с черникой, цену вы назначаете сами». Посетители рынка начинают подходить, но скорее влияет личное обращение к каждому.

— Как так, сами цену назначаем? Ну сколько он стоит? — интересуется женщина в шляпке лет сорока.

— Ровно столько, сколько считаете нужным!

Женщина в недоумении, думает пару секунд и наконец кладёт в контейнер около 20 рублей мелочью. Перед тем как взять маффин, она всё-таки ещё раз осторожно переспрашивает: «Вы уверены, что этого достаточно?» Вполне, приятного аппетита.

 

— Будешь пирожку? — интересуется молодая мама у некого Вовы лет трёх.

— Нет! — безапелляционно заявляет Вова.

— Тогда я буду, — мама не задаёт лишних вопросов и кидает в контейнер 100 рублей, берёт два маффина и желает хорошего дня продавцам.

 

— А по какому рецепту вы пекли кексики-то? — шеф-кондитер The Village Соня Качински объясняет женщине лет 50 несложный рецепт замешивания теста во всех деталях, отвечая на миллион вопросов вроде «А не подгорает ли без манной муки?» и «Какое покрытие было у противня?».

Когда устный кулинарный мастер-класс закончен, женщина наконец спрашивает: — Ну хорошо, а что значит это ваше «цену определяете сами», у всего ведь есть цена.

— Есть-то есть, но тут сами вы хозяйка.

— Ну сколько кладут — 10 рублей или 100?

Приходится лишь пожимать плечами и повторять правила. Наконец женщина говорит: «Ну ладно, спасибо вам, девочки», — и уходит с улыбкой, ничего не купив.

 

 

Семейство из трёх поколений долго и внимательно смотрит на маффины. Детям лет семи-восьми явно нравится коробка с вкусностями, бабушка говорит, что «нечего всякую лабуду на улице покупать», меж тем молодая мама явно с интересом читает послание «Заплатите столько, сколько считаете нужным».

— А что, правда сами цену вам назначаем? — интересуется папа. Приходится только улыбаться и кивать.

— Ну иди положи девочкам денежку и возьми пирожок! — уговаривает маленького мальчика мама, тот довольно резонно спрашивает, а сколько положить. С этого начинается семейный консилиум. Мама со всей страстностью делает наш эксперимент ещё и образовательным.

— Ну вот смотри, если ты, как бабушка предлагает, положишь 10 рублей, то что будет? — ребёнок молчит, но мама всё анализирует. — Вот что ты в школьной столовой можешь на 10 рублей купить? Да ровным счётом ничего, даже сосиска твоя любимая в тесте и то дороже стоит.

Значит, труд надо уважать — семья принимает стратегическое решение: берёт 4 маффина и оставляет 200 рублей.

 

— Эй, а че у вас тут? — хипстероватый товарищ в рейбанах с интересом смотрит то на наши голые коленки, то на маффины. Отвечаем по факту. Парень явно воодушевлён фразой, что цену определяет он сам, поэтому берёт сразу 5 кексов и говорит, что деньги занесёт чуть позже. И правда, не обманул: через полчаса занёс 3 рубля и взял ещё один маффин на дорожку.

 

Молодая пара на приличном расстоянии от прилавка пытается прочитать, что написано на контейнере для денег. В итоге пришлось ребят подозвать, сломив их смущение перед экспериментом.

— А можно бы попробуем ваши маффины и определим цену по вкусу?

Предложение кажется более чем справедливым, поэтому ребята берут по два кекса, медленно дегустируют, в итоге на радость кондитеру Соне в контейнере оказывается 100 рублей.

 

— Да ссыпь ты им мелочь! — советует 50-летний мужчина в кепочке своей жене, пока та напряжённо думает над нашим ценообразованием.

— Ну а если я меньше дам, будет неудобно! — сокрушается его спутница. В итоге она действительно выгребает огромный сгусток мелочи в контейнер, берёт маффин, и они удаляются, обсуждая странную экономическую политику данного прилавка.

 

— О, знаю этих! Они тут уже второй час стоят. Крутая штука. Кидай сколько хочешь денег и бери свежую булку с черникой! — объясняет вновь прибывшим подругам 15-летний парень, который неплохо режется во фрисби на траве. Девочки долго изучают наш контейнер, где уже горка банкнот и мелочи, и наконец спрашивают:

— А сколько класть?

— Ну, сколько считаете нужным, — начинает объяснять Соня.

Но друг девушек перебивает её без обиняков и продолжает:

— Я вот пятнашку кинул, ну, сколько было, столько кинул. В этом же идея, да?

Дружно киваем. Девушки возвращались с травы за капкейками дважды. В кассе оказалось около 150 рублей.

 

Выводы и итоги

 

Нам удалось продать все маффины за 2,5 часа, к середине продаж активно начало помогать сарафанное радио: люди рассказывали вновь пришедшим друзьям, что кексы и правда ничего или стоят копейки. Одним из самых главных наблюдений стала разница в оценках нашего эксперимента со стороны людей из разных поколений.

 

Самыми открытыми и щедрыми покупателями оказывались молодые родители и люди около 30 лет. Причём женщины откликались на участие в нестандартной ситуации гораздо чаще мужчин, зачастую даже уговаривая спутников приобрести маффин. В основном эта группа не задавала лишних вопросов, а сразу принимала правила оплаты. В целом клали от 50 до 100 рублей.

 

Люди от 40 до 50 лет шли на контакт с недоверием. Объявление читали издали, оно их скорее отпугивало, нежели привлекало. Пройдя второй раз вдоль прилавка, многие останавливались и всё-таки задавали вопросы: все они сводились к тому, зачем нужна такая экономическая политика. На устные призывы посмотреть на товар реагировали более охотно, но оказавшись в ситуации решения, сколько же положить, думали дольше всех остальных. Средний взнос — от 10 до 50 рублей.

 

Аудитория до 25 не читала объявления вовсе, но охотно вступала в диалог про справедливость цены и товара. Именно представители этого поколения брали больше всего маффинов и платили меньше всего. От 1 рубля до 20.

 

Дети маффины хотели и подходили сами. После уточнения стоимости всегда ставили родителей в тупик ответом «Сколько дашь». Оплата зависела от щедрости и возраста родителей.

 

Пенсионеры. Чаще всего пугались самой возможности выбора, в основном останавливала боязнь положить недостаточно, не так, как все кладут. Многие признавались, что вообще не представляют, сколько такой кекс может стоить. От 5 до 20 рублей.

 

источник

[Helly 385]

Как вставить видео с YouTube?

[flaunder 10]

Глаза:

Увеличить фото »»

[flaunder 10]

http://insitory.ru/21-fotografiya-kotorye-vernut-vam-veru-v-chelovechestvo.html

[flaunder 10]

[Helly 385]

Все знают, что с возрастом слух человека ухудшается, и со временем мы теряем способность улавливать определенную частоту.

 

Видео, сделанное каналом AsapSCIENCE, является своеобразным тестом возрастной потери слуха, который поможет вам узнать пределы вашей слышимости.

 

В видео проигрываются различные звуки, начиная с частоты 8000 Гц, что означает, что у вас не нарушен слух.

 

Затем частота повышается, и это указывает на возраст вашего слуха в зависимости от того, когда вы перестаете слышать определенный звук.

 

Итак, если вы слышите частоту:

 

12 000 Гц – вы младше 50-ти лет

 

15 000 Гц – вы младше 40-ти лет

 

16 000 Гц – вы младше 30-ти лет

 

17 000 – 18 000 – вы младше 24-лет

 

19 000 – вы младше 20-ти лет

 

Если вы хотите, чтобы тест был более точным, вам стоит настроить качество видео на формат 720p или лучше на 1080p, и слушать с наушниками.

Как вставить видео с YouTube?